Летняя школа цифровой гуманитаристики 2025

Введение Krasnoyarsk sits at the crossroads of Siberian nature, rich historical layers and an evolving urban creative scene. The convergence of digital humanities, contemporary educational practice, self-development and creative thinking can turn the city into a lab for new cultural professions — ones that preserve regional identity while expanding it into global, digital contexts. Что такое цифровые гуманитарные науки и почему это важно для Красноярска Цифровые гуманитарные науки (Digital Humanities, DH) — это междисциплинарный подход, который использует цифровые технологии для…

Читать далее Читать далее

Introduction Krasnoyarsk sits at the crossroads of Siberia’s rich cultural heritage and a rapidly digitizing world. As digital humanities, contemporary educational practices, and personal self-development converge, the region has a unique opportunity to reshape cultural professions — from curators and educators to archivists and creative entrepreneurs. This article outlines practical strategies, future scenarios, and actionable steps for local institutions, professionals, and learners to thrive. Why this matters for Krasnoyarsk — The region’s cultural assets — museums, libraries, theatre, oral histories…

Читать далее Читать далее

Introduction Krasnoyarsk—framed by the Yenisei River, the rock formations of Stolby, and a vibrant regional culture—stands at a crossroads where tradition meets digital transformation. This article explores how digital humanities, modern educational practices, self-development, and creative thinking can reshape cultural professions in Krasnoyarsk, creating resilient, future-ready careers and institutions. Why this matters for Krasnoyarsk — The region’s rich material and intangible heritage (museums, theaters, oral histories, indigenous cultures) is both an asset and a responsibility. — Digital skills increase accessibility:…

Читать далее Читать далее

Introduction Krasnoyarsk sits at the crossroads of Siberian nature, indigenous heritage, and urban cultural life. As digital technologies reshape how we create, learn, and preserve culture, the city has an opportunity to turn its unique local assets — the Yenisei River, Stolby, regional archives and living traditions — into engines for education, self-development, and new cultural professions. This article outlines practical directions for educators, cultural professionals, students, and civic leaders who want to build a resilient, creative cultural ecosystem in…

Читать далее Читать далее

Введение Krasnoyarsk stands at the crossroads of Siberian nature and rich local culture — from the sweep of the Yenisei to the granite ridges of Stolby. Сегодняшний культурный ландшафт требует не только сохранения наследия, но и его переосмысления с помощью цифровых технологий, современных методик обучения, практик саморазвития и творческого мышления. Эта статья — практический путеводитель для преподавателей, музейщиков, художников, студентов и менеджеров культурных проектов в Красноярске. Почему digital humanities важны для Красноярска — Сохранение региональной памяти: цифровизация архивов, фольклора и…

Читать далее Читать далее

Утро тогда началось с простого звука — металлический чайник, закипающий в кухне старого дома, где записывали воспоминания. За окном в лесу шуршал мелкий снег, внутри кто‑то кашлянул, и в паузе между словами появилось продолжительное, почти музыкальное молчание. Для специалиста по цифровым устным источникам это не просто фон: это контекст, который меняет смысл фразы, указывает на состояние рассказчика и фиксирует атмосферу момента. Но как сохранить и описать такие «мелочи» в архиве так, чтобы обозримое будущее и алгоритмы через десять или пятьдесят…

Читать далее Читать далее

Ночная лаборатория в Красноярске, часы показывают три десятка минут после полуночи по местному времени. Перед монитором лежит очередная запись — тридцатиминутное интервью с человеком из села на Енисее: низкий голос, длинные паузы, смех, который тут же тонет в напоминании о прошлом. Нейросеть, обученная на городских подкастах и студийных интервью, помечает многие фрагменты как «нейтральные» или «раздражение», хотя для нас, кто работал с этим фольклором и слышал те же интонации в живой беседе, очевидно: это горечь, за которой прячется гордость; это…

Читать далее Читать далее

Ночь в архиве. На столе — стопка пожелтевших тетрадей с народными рассказами, записи полевых интервью с хрипом ленты и горсть листов с каракулями на полях: черточки, смятые уголки, приписки между строк. Для Марии Климовой это не просто текст: это карта человеческих решений, нерешённых мыслей и эмоциональных пометок, которые переводят фразу из «описания» в «свидетельство жизни». Она работает над проектом, где цель — научить современные инструменты не только читать слова, но и фиксировать те шумы на полях, которые обычно оказываются невидимыми…

Читать далее Читать далее

Вечером в лаборатории на окраине Красноярска я снова включаю старый диктофон — не потому что он технологичнее, а потому что его кольцевой шум, треск и система питания словно рассказывают историю о самих записях. Передо мной лежит папка с часами разговоров: рассказы охотников, детские игры на новомосковском сленге, семейные саги на диалекте, который тает вместе с поколениями. Автоматический транскриптор выдает сухие строки текста: слова без интонаций, смех, паузы и крики превращаются в бессмысленные маркеры. Меня больше всего тревожит не то, что…

Читать далее Читать далее

Утро в читальном зале архивного фонда бывает тихим так, будто страницы сами дышат. Я разворачиваю очередной том: плотный блокнот XIX века, переписанный несколько раз, с наслоениями текста, подчёркиваниями, закрашенными фразами и пометами на полях — иногда разными чернилами и карандашом, иногда едва заметными следами пера. Прошлые руки хотели сказать что-то важное, но не всегда ясно, кому предназначалась правка и когда она появилась. От того, как мы интерпретируем этот шарм хаоса, зависит не только правильная текстологическая реконструкция, но и весь нарратив…

Читать далее Читать далее